Густав Климт «Бетховенский фриз». Описание

Перед музыкальными творениями великого композитора Людвига Ван Бетховена преклонялся не только Климт, но и многие художники того времени, и члены Сецессиона, выражая свое восхищение творчеством композитора, устроили выставку, приурочив ее к открытию памятника великому гению, работы скульптора Макса Клингера.

В мире музыки фигура Бетховена занимает самые высокие позиции, благодаря его таланту венское музыкальное искусство обогатилось несказанно, поэтому, желая особо подчеркнуть величие этой личности, Клингер представил знаменитость в образе божества. Воплощая творческий замысел, скульптор использовал несколько видов мрамора, бронзу, слоновую кость.

Достойным обрамлением памятника композитору должен был стать фриз, и Климт, приступая к работе над ним, решил, что интерпретировать бетховенские образы, созданные композитором в Девятой симфонии, лучше всего через язык живописи; идея музыкального произведения заключалась в раскрытии тайны достижения счастья и любви через преодоление страданий. При работе над фризом использовались дорогостоящие материалы, хотя и предполагалось, что он будет временным.

Знания, полученные Климтом в художественно-ремесленном училище, а также унаследованные от отца-ювелира навыки работы с металлами, очень пригодились художнику во время работы над произведением. Созданные живописцем двухметровые картины-фрески, органично перекликались по манере со скульптурой, выполненной Клингером, при этом общая длина фриза составила тридцать четыре метра.

Несмотря на то, что по поводу представленной художником работы, в каталоге выставки указывалось о выражении «надежды и желания всего человечества», многие увидели в этом фризе только обнаженных женщин, никак не ассоциировавшихся ни с Бетховеном, ни с музыкой. Одобрение, даже восхищение циклом картин, прозвучало только из уст великого скульптора Родена.

Три стены, занятые фризом, живописным языком поведали людям, какие благословения ждут их после пережитых злоключений, и распинания страстей и похотей.

Отправная точка «следования» по фризу – левая стена, находившаяся напротив входа. На этой картине Климт изобразил страдающего человека, молитвенно просящего о счастье. «Вопрошающий», а это – «немощное страдающее человечество», просит золотого рыцаря победить силы зла. В поход воина провожают Победа (Слава) и Сострадание. Но может быть это мать и возлюбленная? Материнское сердце, наверное, довольно «эгоистично» в своей любви, и вряд ли получит утешение от победы сына, если она достанется ему ценой жизни. Другое дело, спутница жизни, лишившаяся своего любимого, но получившая взамен престижный титул «вдовы героя».

«Главные события» фриза разворачиваются на центральном панно, где собственно и происходит «сражение». Название картины – «Враждебные силы», говорит само за себя; они (силы) обладают не только огромной разрушительной мощью, но и не менее опасны из-за своего скрытого коварства, т. к. некоторые из них внешне выглядят довольно обольстительно. Явно отталкивающего вида «три грации», даже кичащиеся своими тощими фигурами, прикрыты лишь волосами-змеями, олицетворяют Болезнь, Безумие, Смерть. Они неразлучны между собой, и готовы в любой момент «поддержать» друг дружку.

Более «открытым» представлен Тифон – персонаж из древнегреческих мифов, не скрывающий своего грозного характера; с огненными силами Земли, действительно, не поспоришь.

Сладострастие, Порок, Неумеренность, из этого списка только последняя, уже далеко постбальзаковская «дама», вызывает отвращение. В образе Сладострастия – узнаваемая у Климта роковая женщина. Наверное, это трио вполне соответствует «штату и структуре» публичного дома.

Одинокая фигура женщины может показаться незначительной, стоя как бы особняком в этом ряду недружественных человечеству сил, но не следует забывать, что уныние – один из смертных грехов, и Гложущая тоска, символически представленная этой женщиной, не менее опасна остальных угроз.

Особый интерес вызывает правая сторона фриза, где изображено «Искусство, Хор ангелов Рая», и не только потому, что она передает мир светлой и божественной радости, в котором безраздельно властвуют блаженство и поэзия. Две нижние фигуры из группы прекрасных женщин, представляющих аллегорию Божьих Искр, имеют внешнее сходство со Сладострастием и Пороком, уже встречавшимися персонажами из центральной части фриза; но этим все и ограничивается, а их притягательный обнаженный вид никак не ассоциируется с пошлой порнографией.

Застывшие в объятиях влюбленные тоже не вызывают ощущения похотливой сцены, и органично выглядят на фоне всеобщей радости и любви, прославляемыми Ангельским хором. Хочется воскликнуть: «Свершилось!», – что означало бы наступление вселенского царства мира и добра.

Поцелуй, как символ всеобщего примирения, впервые появился в творчестве Климта именно в «Бетховенском фризе», и этот акт проявления любви будет мастерски запечатлен в знаменитом «Поцелуе», а также во фризе для обеденного зала дворца Стокле.

Несколько десятилетий это произведение было недоступно для просмотра публикой, и только в 1986, после реставрации, ценители живописи смогли воочию встретиться с истинным шедевром, созданным великим Климтом.

 

Густав Климт «Бетховенский фриз»